1 - нравится
0 - не нравится
100,0%
Три дня Виктора Чернышева

Три дня Виктора Чернышева (1968)

60-е годы. Окончив десятилетку, Виктор Чернышев, теперь городской житель, не стал утруждать себя продолжением образования и пошел на завод токарем. Он считал вполне нормальным, что ребята с упоением слушали россказни его ровесника Коли, тунеядца, хваставшего победами над женщинами, участвовали в его сомнительных забавах. Лишь один из них, Петр — настоящий труженик, врач, пытался вразумить Колю и остальных.


   

Смотрите также

Актеры


Все актеры ... »

Отзывы

Отзывов: 1
dnipro19 • 25.11.2019 в 01:39 • Положительный
" Три дня Виктора Чернышева"

Этот фильм прошел как то тихо в СССР, что называется, "вторым экраном". Но что можно было увидеть тогда, в 1967, в этой безусловно выдающейся и безусловно скромной ленте? Разве что подивиться невероятному: рабочий паренек, представитель класса-гегемона, которому по устоявшимся канонам полагалось быть героем, превращался, к изумлению зрителя, в антигероя. Это было открытие, но из тех, что публично обсуждать не полагалось, чтобы не навредить авторам......Да и сами авторы - молодой драматург Евгений Григорьев и режиссер-дебютант Марк Осепьян - едва ли отдавали себе отчет в том, что создают фильм-веху, отметивший собою конец "оттепели" и начало нового этапа, который потом назовут "застойным"......."Три дня ...." возникли на обломках казенной идеологии. Революционная патетика уже не работала, обращаясь в вялую демагогию на комсомольском собрании, где молодежь мрет от скуки, находя силы только для легкого ропота, когда одним, не спрашивая их желания, приказывают провести выходной на лыжном кроссе, другим - проводить в последний путь ветерана партии, которого они никогда при жизни не видали и ничего о нем не слыхали...... При этом режиссер Осепьян и оператор Михаил Якович решают изобразительный ряд фильма, не пренебрегая столь характерной для экранного "шестидесятничества" достоверностью натуры, снятой "под документ" или открыто-документально, но выглядящей на экране чрезвычайно привлекательной и уютной в результате намеренного отбора "умытых" и эстетически впечатляющих объектов. Так выглядят в "Трех днях..." соревнования на велосипедном треке, сельские пейзажи в эпизоде, в котором Виктор выезжает с заводчанами на уборку картофеля...... Однако подобных кадров в фильме мало, они возникают в редкие мгновения, когда душа героя словно бы поднимается над привычным своим рутинным состоянием, когда он дает себе труд задуматься или вчувствоваться в суть происходящего. Преобладает же в картине тоже достигнутая в кино 1960-х жесткая "документальность" изображения, включенная в сюжет "Трех дней...", с ее хлюпающей грязью, копотью и гарью, с ее труднопереносимой и убедительной правдой в показе грубой прозы боя......В сущности, этот фильм кардинально переменил традиционный в советском кино ласково-романтический взгляд на "простого человека" и традиционное же сострадание к "маленькому человеку" на совершенно трезвую, объективную позицию социального психолога: социолог даже становится незримым персонажем в эпизоде, разворачивающемся в милиции, зовут его Марком, как и режиссера фильма.....Вот он перед зрителем - заводской слесарь Виктор Чернышев. С поразительной для дебютанта прозорливостью Осепьян выбрал актеров на все роли, в особенности же точным попаданием было приглашение Геннадия Королькова. .....Витька собран, серьезен, даже артистичен лишь за работой, когда сноровисто, с красивым профессионализмом изготавливает на своем станке деталь за деталью. Во всех остальных ситуациях он как бы теряет форму: суетливость или некая блатная расслабленность вдруг появляются в нем. Неприкаянность видна в каждом движении, взгляде, осанке. А в те моменты, которые называются "пробуждением совести", он так и выглядит: ошарашенно, как человек, едва проснувшийся и со сна не понимающий, что с ним происходит......В любой ситуации, требующей хоть крошечного нравственного выбора, Виктор мгновенно теряется. Внутренне пометавшись несколько секунд, он всякий раз выбирает позицию пассивного невмешательства. "Я - как все" - пароль Чернышева и словесный щит, которым он натренированно и мгновенно прикрывается от необходимости выбирать позицию.....Фраза лишь на первый взгляд плоская, на самом деле богата обертонами, вся полнота которых оцениваеися не сразу. Виктор действительно "как все" и в простоте своей не подозревает, что говорит он от лица той массы, которая молчаливо, глухо и пассивно принимала любую идеологию и режим.....И что характерно - все герои не двигаются. Компания Витьки все свободное время проводит, стоя в подворотне. Ребята задирают прохожих, лениво цедят бессмысленные ернические фразочки, гнусно судачат о девушках, хамовато подначивают друг друга. В их бесконечном стоянии слишком очевидно просматривается суть наступившего времени - косного, неподвижного, привычного и гадкого, как родимая подворотня...... Ракурс операторского, взгляда на город словно продиктован Витькиными дружками - взгляд из подворотни. Всякая встреча - с прохожей ли бабусей, ворчливо и привычно ругающей молодежь, с соседом ли по дому - серьезным, совестливым молодым врачом - чревата злой агрессией, причем нередко агрессией взаимной.....Агрессия, напитавшая воздух неуютного, мрачноватого города, не может не излиться во что-то вопиюще-безобразное. Это и происходит: компания Витькиных дружков унижает и избивает пожилого человека, годящегося им в отцы......Отцы... у Витьки и большинства его друзей отцы погибли на фронте.....Но Виктор не помнит отца, да и как помнить, если погиб тот до рождения сына. Но здесь особый род отсутствия воспоминаний: коренной, на генном уровне. Для Витьки нет отца, он от отца отпал - "прервалась связь времен". Выдернугость из рода и, что немаловажно, - из почвы фиксируют "Три дня..."...... Как: бы провоцируя своего героя, его отправляют его с заводскими на "воскресник" - картошку убирать. Притронется Витька К земле - да вдруг и отзовется в нем родовая крестьянская струнка. Но ничего, кроме невнятного "да-а землица...", от него не услышать. После работы выпивают и закусывают в крестьянской избе приветливой и хлебосольной старушки......Витьке маетно, неинтересно, он и разговор поддержать не пытается, во всей повадке его терпение, желание поскорее уйти. "Молодой", - ласково кивнет на него бабушка. В это слово она не вкладывает никакой оценки, тем более - осуждения. Но в смысловом поле фильма безобидное "молодой" вдруг ударяет подспудным значением - "безродный"...... Единожды допускает режиссер в свой жесткий фильм эту пронзительную открыто-лирическую ноту. Тем острее - контрапунктом - прозвучит следующий эпизод: возвращение в подворотню к дружкам, что как вихрь налетят, подхватят, понесут размякшего Витьку к магазину за водкой. А там - очередь, в которой стоять мочи нет - душа горит. Берут первыми, по-хозяйски оттирая покорный люд, зная: их боятся, им слова поперек не скажут. Но один - хлипкий, похожий на грача дяденька в кепке внезапно запротестует. Вот с ним-то и "поговорят" ребятишки в проходном дворе...... Эпизод фильма опаляет болью, сочувствием беззащитному, униженному, перепуганному "грачу". Его прижали к стене, стиснули, походили слегка кулаками и, заметив между собою - "смотри-ка, совсем готов", отпустили. Качаясь, раздавленный, поплелся он прочь, но внезапно поднялось растоптанное было достоинство, и, круто развернувшись, ринулся один против пятерых: "Фашисты! Да я таких..." И ударит понимание - да ведь он воевал! Это ж все равно что отец им. А они - отца......Здесь на подмогу "отцу" придет случайный прохожий, тоже, между прочим, рабочий парень, только постарше Витьки. Потом в милиции парень этот, чуть ли не стыдясь, как бы сам себе удивляясь, будет оправдываться: "Да говорили тыщу раз "не лезь, не лезь". Все как-то не получается". Отзывчивость его тоже без рефлексии, что называется, от души....В сценарии этого парня не было, он появился только в фильме, и можно предположить - появился в качестве уступки редактуре, как необходимый "положительный" довесок. Так или иначе, парень этот был нужен, даже необходим картине хотя бы потому, что и он нес в себе реальную правду. Не удержался бы мир без людей, способных еще до размышлений, до выбора, не рассуждая, действовать по велению совести..... В том "безопорном" мире, окружающем Витьку, выставляют авторы две вешечки: того парня, что вмешался в драку, да Витькиного соседа - врача по имени Петр, который бередит совесть Чернышева, притягивает его, манит силой и бескомпромиссностью ..... Совесть - совместное ведение, данное всем от рождения, ведение о том, что хорошо, а что плохо, где правда и где ложь. Интуитивно, нравственным чутьем авторы "Трех дней..." находят опору в этом "совместном ведении правды". Как быть человеку безродному, бескорневому, не имеющему внешних опор? Григорьеву и Осепьяну хватило честности и мудрости признать, что остается лишь эта совместная весть о правде, а значит, точку опоры можно найти прямо в своей душе......Выйдя из милиции и вернувшись домой, притихший Витька какое-то время медлит в нерешительности перед необходимостью выбора, который определит его дальнейшую судьбу. Да только ли его судьбу... Он идет в подворотню. И там стоит. Стоит. Стоит... Фильм, напоминающий социологический опросный лист, фильм-наблюдение. Черно-белое изображение под хронику жизни, суховатый, сдержанный документальный стиль. Жанр — современная социальная драма, со страстями и конфликтами, спрятанными в повседневности трех взятых наугад дней. Режиссерский дебют Марка Осепьяна,тогда 30, кинооператора по первой профессии, поразил человеческой и гражданской зрелостью, спокойным нещеголеватым мастерством. Он и сейчас -- лучший его фильм. . ........ РЕКОМЕНДУЮ.....


Для добавления отзывов, необходимо зарегистрироваться и войти на сайт.